?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Я его добила!

   В смысле, стих. Это было чистое упражнение для мозгов. Ни одно другое стихотворение не мучило меня так - к концу смысла становится в нем все меньше и меньше, и это я сейчас не про перевод - автор, похоже, тоже чем дальше, тем меньше знал, чего сказать. А начало - весьма неплохое. Ну и у меня, конечно, на четверостишие больше вышло.  За формат простите - жж в этом смысле неудобен страшно, билась чуть ли не полчаса.

Впрочем, without further ado 


Andrew Marvel. 1621-1678                                          Эндрю Марвел.
To his coy Mistress                                                   Застенчивой возлюбленной

HAD we but world enough, and time,                          Будь у меня весь мир, века –                                   
This coyness, Lady, were no crime                             Застенчивость твоя пока
We would sit down and think which way                      Нам не мешала бы ничем,
To walk and pass our long love's day.                         И мы бы думали над тем,

Thou by the Indian Ganges' side                                Как провести нам эти дни.
Shouldst rubies find: I by the tide                                И мы бродили бы одни
Of Humber would complain. I would                           Над Гангом в поисках рубин.
Love you ten years before the Flood,                         И у слиянья вод и льдин

And you should, if you please, refuse                        Я бы любил тебя сто лет,
Till the conversion of the Jews.                                  А ты бы говорила «нет»
My vegetable love should grow                                  Мне до пришествия Христа.
Vaster than empires, and more slow;                         Была б любовь моя чиста,

An hundred years should go to praise                       Она бы овощем росла
Thine eyes and on thy forehead gaze;                      И было бы ей несть числа.
Two hundred to adore each breast,                          И я бы любоваться мог
But thirty thousand to the rest;                                  По веку – лбом, красою ног,

An age at least to every part,                                    И по два – каждой из грудей.
And the last age should show your heart.                 Я б был счастливей всех людей,
For, Lady, you deserve this state,                             Мне б вечность пели соловьи
Nor would I love at lower rate.                                   Про все окрестности твои.

But at my back I always hear                                     Я б воспевал твои черты
Time's wingèd chariot hurrying near;                         Небесной, нежной красоты,
And yonder all before us lie                                        Но сердце суженой моей
Deserts of vast eternity.                                              Мне было б всех красот милей.

Thy beauty shall no more be found,                          Но вечности пред нами нет,                      
Nor, in thy marble vault, shall sound                         И наш исчезнет вскоре след
My echoing song: then worms shall try                     В пустыне времени глухой,
That long preserved virginity,                                    Где мы окажемся с тобой.

And your quaint honour turn to dust,                        Твоей красы там не сыскать,
And into ashes all my lust:                                        И голос мой не услыхать,
The grave 's a fine and private place,                      И станут пищей для червей
But none, I think, do there embrace.                        Цветы невинности твоей.     
         

Now therefore, while the youthful hue                      И целомудрие, и страсть –
Sits on thy skin like morning dew,                            Всему там суждено пропасть.                      
And while thy willing soul transpires                         Пускай в гробу уют и мрак,
At every pore with instant fires,                                Не до объятий там никак.


Now let us sport us while we may,                         Пока же юности роса
And now, like amorous birds of prey,                     Нам услаждает телеса,
Rather at once our time devour                             Пока душа полна огнем,
Than languish in his slow-chapt power.                 Пока гореть ты хочешь в нём,


Let us roll all our strength and all                           Давай не тратить время зря,
Our sweetness up into one ball,                             Не тлеть, а, страстию горя,
And tear our pleasures with rough strife                В нем хищной птицею парить,
Thorough the iron gates of life:                              Свою судьбу самим творить.


Thus, though we cannot make our sun                  Всю нашу сладость, все мечты
Stand still, yet we will make him run                       В одно сведем и я, и ты,
                                                                               И жизни жесткие врата
                                                                               Взорвем восторгом навсегда.

                                                                               Не скрыть нам солнца все равно,
                                                                               Но ярче светит нам оно
                                                              

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
julitasm
Aug. 9th, 2013 09:15 pm (UTC)
Вы - гигант!
Let us roll our stength and all... одно из любимых четверостиший на английском у меня
thanks for reminding!
( 1 comment — Leave a comment )